...Когда закончился институт (лето 1982 г.), возможностей уединения поубавилось. Вишневому пришлось поехать в Симферополь, заняться восстановлением крымской прописки, а ему там отказывали, поскольку женат на грузинке («вот и езжайте к ней в Тбилиси»), и он затеял развод, чтоб освободиться от паспортных пут. И если Алина ещё могла себе представить свою семейную жизнь в Симферополе, и она искренне пробовала, приезжала в Крым, то Вишневой себя в Тбилиси никак представить не мог. Ездил, всё понравилось, но — он крымский фрукт. Он — штучное изделие Симферополя. В определённом смысле он сам и есть Симферополь. В Москве он постоянно рассказывал — всем — об этом городе, о каждом человеке. Было бесспорно: как бы ни складывалась жизнь, как бы ни ценил он любых людей, его судьба — Симферополь. Крым. «От ушей до хвостей». Читать далее... | | [Раздел журнала: Словарь его любви] |
|
 Девятого июня 2008 года, через месяц после дня рождения, на пятьдесят седьмом году остановилось сердце замечательного русского поэта Александра Вишневого. После армии Саша работал диктором на крымском радио и ведущим на ГТРК «Крым». Перед поступлением в Литературный институт имени Горького был грузчиком. Поступал туда как поэт, а диплом получил литературоведческий. Читать далее... | | Автор: Валерий МИТРОХИН | [Раздел журнала: Словарь его любви] |
 Южное море, возможно, было ещё тёплым, но люди вокруг него уже закутаны, как северяне. Осень; курортный сезон уходил. Пивной ларёк, аляповато раскрашенный, чуждо торчал среди мягкого песчаного пейзажа. И музыка оттуда неслась нарушительная, чуждая спокойному величию моря и гор, окаймляющих бухту. Немногочисленные чёрные люди-галки возле ларька, нахохлившиеся, недвижные, также были чужды гармоничному миру природы. Двое мальчишек — пятнадцатилетний темноволосый кудрявый Яя и шестилетний светленький худенький шкет Виля — торговали у пивного ларька рыбной мелочью. Яя, крепкий паренёк, держал столовский гнутый поднос, а у доходяги Вили позвякивала на шее банка из-под пива — на манер послевоенных нищих... Покупателей не было. Читать далее... | | Автор: Сергей РУСАКОВ | [Раздел журнала: Бестселлер на периферии] |
Открытое письмо интеллигенции правительству Крым — особый район литературы. Тут бывали и жили светочи отечественной словесности Александр Грибоедов, Александр Пушкин, Лев Толстой, Антон Чехов, Иван Бунин, Максимилиан Волошин, Владимир Набоков, Иван Шмелев, Марина Цветаева, Анна Ахматова, Леся Украинка, Александр Грин, Амди Гирайбай, Бекир Чобан-Заде, Осман Акчокраклы, Мемет Нузет, Абдулла Лятиф-Заде, Джемиль Керменчекли, Халиль Кадыр, Абляким Ильмий, Максуд Сулейман, Умер Ипчи, Шевки Бакторе, Абдулла Дерменджи, Эшреф Шамьи-Заде, Шамиль Алядинов, Илья Сельвинский, Григорий Петников, Василь Симоненко, Владимир Орлов, Александр Вишневой... Читать далее... | | Автор: Симферополь | [Раздел журнала: Архивный спуск] |
2. Роль поэзии в судьбе человечества
В начале я должен сообщить вероятным читателям, особенно тем, кто ориентирован на строгий дискурс научного знания, что знакомиться с настоящим дополнением не обязательно по двум причинам. Во-первых, сведения и размышления, в нём содержащиеся, лежат вне поля традиционной позитивистской науки. И, во-вторых, если автор выразил надежду на какое-то восприятие предыдущей части своих заметок хотя бы одним процентом читательской аудитории, то в данном случае эта надежда едва ли относится даже к одному проценту. Читать далее... | | Автор: Борис КОЧЕРГА | [Раздел журнала: Архивный спуск] |
Начну с того, как Вишневой перечитывал статью Нордау (о Матильде, жене Гейне)... Статью, ставшую в своё время для него бестселлером и предметом долгих и жарких дискуссий Шуры с моими отцом, мамой по отдельности, с ними обоими сразу, а затем и при моём участии. Статья, найденная в случайно купленной когда-то антикварной книге, дала Шуре название — на годы — одному из его самых главных и навязчивых образов. Теперь он сидел у нас на кухне, на Таганке, — те друзья, повидаться к которым он приехал в Москву, уже с ним повидались, ходить — то есть гулять, он уже не мог, был очень слаб. И он, днями напролёт, всё рассказывал и рассказывал мне о том, что прожил и пережил. И удивлялся тому, что вовсе не помнит — иначе чем внешне — как если бы это было кино, которое он смотрит из зала, — ни чьих-то глаз, ни себя в иных ситуациях — ни того, что им руководило или происходило с ним... и тем более — никаких своих ощущений. Читать далее... | | Автор: Агния ЛЕГКОДУХ | [Раздел журнала: Словарь его любви] |
|